Пропустить навигацию.
Главная
 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ. Урок по поощрению

Одна из самых распространенных ошибок — считать, что ограниченность нашего понимания равноценна ограниченности того, что возможно понять.

C.W.Leadbetter

После четырех соревнований я поняла, что самое слабое место у моей собаки — джампинг. Если бы талант к прыжкам определялся энтузиазмом, Баз был бы лучшим прыгуном в мире. Однако к весне 1999 г. Баз начал стабильно сбивать одну-две палки за забег. Я перестала выступать на большую часть лета и стала заниматься прыжками почти каждый день. Я молитвенно прорабатывала с ним различные связки из книг. Разница стала заметней. Я еще не встретила тогда Сюзан Сало, так что рецепт улучшения прыжка База был мне еще неизвестен, но определенный прогресс был. Ошибочно решив, что «все в порядке», осенью я снова стала с ним выступать.

Мне еще предстояло понять, что навык прыгать надо освежать между соревнованиями. За выходные собака могла растянуться или перенапрячь фронт. Прыжковые «коридоры» напомнят ей, как прыгать правильно. Но я еще не знала об этом, и сделала неправильные выводы. Поскольку я все лето потратила на работу над прыжком, рассуждала я, База теперь надо наказывать за сбитую палку, и я решила снимать его с забега, если он сбивал палку. Каждый раз, как он сбивал палку, я просила позволения у судьи и выходила из ринга, чтобы посадить База в клетку.

В течение осени 1999 года я 22 раза прекращала забег из-за сбитой палки и ни разу не дала Базу возможность бежать дальше. Я поняла, что надо вернуться назад и снова поработать над прыжком. Свет погас. Я выяснила, что тренировать собаку прыгать надо в течение всей ее карьеры. Я снова выставила «коридоры», и если Баз сбивал палку, отправляла его в клетку. Вместо того, чтобы стать лучше (как было летом), Баз стал прыгать все хуже и хуже (примечание: летом я не наказывала его тайм-аутом за палки). Я расстраивалась, и это очень портило наши отношения с Базом.

Я спросила подругу, что мне делать. Она сказала, что я должна радоваться и тому, чего я уже добилась с Базом, и подумать насчет того, чтобы отдать его на диван. Это предложение меня всколыхнуло. Мысль о том, чтобы вообще больше не бегать с Базом, заставила меня размышлять о том, что вообще важно для меня. Я решила поговорить с собой, как со своими учениками, когда у них проблемы. Первый вопрос обычно - «Каков уровень поощрения вашей собаки?» Другими словами, сколько поощрения получает ваша собака во время работы над проблемой? В идеале собака должна получать поощрение за 70-80% попыток.

И тут я с горечью осознала, что уровень поощрения База был близок к нулю. Каждый раз после старта в предыдущие два месяца он получал тайм-аут за сбитую палку. Каждый раз, как мы тренировались дома, он сбивал палку. Я не замечала видимых признаков стресса у База из-за моего ошибочного подхода. Сама возможность поработать со мной была для него приятной — можно было бегать и прыгать. Его уши торчали вверх, он был самим собой. Труднее определить у собаки стресс, если она в нем не зажимается, а возбуждается. Я села и от души поплакала над тем, что я делала с моей любимой собакой. Он старался и старался, и не получал подтверждения, что он делает правильно.

В этот день я убрала все барьеры и оставила только горку, бум, качели, колесо, слалом и стол. Это все Баз проходил безошибочно. Весь следующий месяц он не прыгнул ни одного барьера, который он мог бы сбить. Каждую тренировку я поощряла его за все, так что уровень поощрения приблизился к 100%.

Не делая больше никакой прыжковой работы, я заявила его на соревнования в феврале 2000. Он прошел чисто семь трасс джампинга. Этот поразительный успех еще раз напомнил мне о важности поощрения. Не повторяйте мою ошибку. Каждый раз, как ваша собака ошибается, отслеживайте ошибку, чтобы сбалансировать ее более высоким уровнем поощрения. Когда я снова начала делать прыжковые упражнения дома, я старалась чередовать их с работой над зонами, чтобы Баз получал много поощрения. Каждый раз, как он сбивал палку, я не отправляла его в клетку, а просто останавливала, поднимала палку и начинала заново. Когда он хорошо прыгал тот барьер, который сбил в прошлый раз, я устраивала по этому поводу праздник и большую игру в потягушки. Это был большой урок. Я ценю тот факт, что моя собака позволяла мне быть таким плохим дрессировщиком и все равно хотела со мной работать!